Квачкова засунули за попытку переворота. Это ж вам не пропаганда чего-то нехорошего.
И вот, что я об этом думаю:
читать дальше
«…А из кустов жасмина выходит заспанный Тихонов и щурится, от меня и от солнца.
— Что ты здесь делаешь, Тихонов?
— Я отрабатываю тезисы. Все давно готово к выступлению, кроме тезисов. А вот теперь и тезисы готовы…
— Значит, ты считаешь, что ситуация назрела?..
— А кто ее знает?.. Я, как немножко выпью, мне кажется, что назрела; а как начинает хмель проходить — нет, думаю, еще не назрела, рано еще браться за оружие…
— А ты выпей можжевеловой, Вадя…
Тихонов выпил можжевеловой, крякнул и загрустил.
— Ну как? Назрела ситуация?
— Погоди, сейчас назреет…
— Когда же выступать? Завтра?
— А кто его знает! Я, как выпью немножко, мне кажется, что хоть сегодня выступай, что и вчера было не рано выступать. А как начинает проходить — нет, думаю, и вчера было рано, и послезавтра не поздно.
— А ты выпей еще, Вадимчик, выпей еще можжевеловой…
Вадимчик выпил и опять загрустил.
— Ну, как? Ты считаешь: пора?..
— Пора…
— Не забывай пароль. И всем скажи, чтоб не забывали: завтра утром, между деревней Тартино и деревней Елисейково, у скотного двора, в девять ноль-ноль по Гринвичу…
— Да. В девять ноль-ноль по Гринвичу.
— До свидания, товарищ. Постарайся уснуть в эту ночь…
— Постараюсь, усну, до свиданья, товарищ.»
Венедикт Ерофеев, Москва — Петушки